Исторические события - http://historyevents.ru

Мучительное испытание для героя 

Когда был похищен маленький сын всемирно известного летчика Чарлза Аиндберга, целая армия журналистов и три независимых полицейских агентства «рыли землю» в поисках разгадки. Не был ли человек, казненный за это преступление, невиновным, не пал ли он жертвой всеобщей истерии и тайного сговора? 

Поздно вечером холодный ветер бился о стены десятикомнатного особняка, одиноко стоящего на вершине поросшего лесом холма Сауэрленд. Энн и Чарлз Линдберг, молодые супруги, во вторник вечером были дома. Если бы все шло как обычно, то они бы уже уехали из этого тихого дома в Нью-Джерси, где обычно проводили выходные дни, в Энглвуд. Там они постоянно жили с маленьким сыном в Нэкст Дэй Хилл, поместье, принадлежавшем матери Энн. Миссис Линдберг - тонкая натура, многообещающая писательница - снова ждала ребенка. Хотя Энн была предана мужу и понимала, что он хочет скрыться от толп поклонников и фоторепортеров, которые следили за каждым их шагом, ей не нравился их новый дом. Он стоял на отшибе, в 150 километрах от Нью-Йорка, и был окружен болотами и густо заросшими лесом холмами. Добраться туда можно было только по петляющей проселочной дороге. Но Энн знала, что мужу было там хорошо. Он предложил остаться еще на два дня, так как в выходные было холодно и дождливо и их первенец, Чарлз-младший, которому был год и восемь месяцев, слегка простудился. Энн всегда сама присматривала за ребенком, но на этот раз она попросила приехать няню из Нэкст Дэй Хилл. Пока родители читали, каждый в своей комнате, их сын спал в кроватке в детской, на втором этаже. Одна ставня на окне в детской не запиралась. Было 1 марта 1932 года. Примерно в 22 часа няня отыскала миссис Линдберг. Ребенка в кроватке не было, поэтому она подумала, что его забрала к себе мать. Энн ребенка не забирала. Обе женщины, слегка встревожившись, пошли к Чарлзу. Их тревога перешла в ужас, когда они увидели, что Чарлз в комнате один. Как безумные, все трое помчались наверх, в детскую. Около пустой кроватки они увидели следы, на подоконнике лежал конверт. «Энн, - закричал Линдберг, - нашего ребенка похитили!» 

Загадочные улики 

Примерно в 70 метрах от дома полиция обнаружила самодельную приставную лестницу, одна из ступенек которой была сломана. Конструкция лестницы предусматривала, что ее можно было быстро сделать переносной, разобрав на три части. Прямо под окном детской были найдены углубления, оставленные лестницей, а рядом чьи-то следы и оброненная стамеска. Ни на лестнице, ни на стамеске, ни на конверте не было никаких отпечатков пальцев. Записка с требованием выкупа в 50 тысяч долларов мелкими купюрами была написана на странном английском языке с орфографическими ошибками. Вместо подписи была странная эмблема: две синие окружности пересекались, и пространство, образовавшееся при их пересечении, было закрашено в красный цвет. Эта «потдпись», так с ошибкой было написано в письме, фигурировала и в дальнейшей переписке. Линдберга предупреждали, чтобы он не обращался в полицию и ждал указаний по поводу передачи денег. Когда Линдберг все же сообщил о преступлении, полиция штата Нью-Джерси установила в гараже 20 телефонных линий и днем и ночью бродила по дому. На некоторые улики не обратили внимания, а другие попросту исчезли, когда туда нагрянула целая армия журналистов, жаждавших сенсаций. С тех пор как в 1927 году Линдберг перелетел на своем самолете, названном «Спирит оф Сент-Луис», из Нью-Йорка в Париж, он стал всемирно известен. Теперь знаменитости и политики без приглашения приезжали к нему домой, надеясь оказаться в центре общественного внимания. Линдберг, в первую очередь озабоченный благополучием своего сына, вступил в конфликт с представителями правоохранительных органов, требовавшими от него полного содействия в поимке похитителя. Пресса, которую авиатор ни во что не ставил, с тех пор как к нему впервые пришла слава, согласилась на некое «отступление» с тем, чтобы похититель снова имел возможность предъявить свои требования. К 5 марта пришли еще два письма, на каждом известная уже «подпись», но в них не было ни единого слова о судьбе или местонахождении ребенка. 

Сомнительный посредник 

Линдберг не послушал советов профессионалов и пошел своим путем. Этим он невольно еще больше запутал дело, полное нераскрытых тайн. Публично заявив о том, что он хотел бы «установить личный контакт» с похитителями, он пообещал выполнить все их требования. Тем временем один эксцентричный пенсионер, бывший учитель, доктор Джон Кондон, опубликовал объявление в «Хо-ум Ньюс», газете, выходящей в Бронксе, одном из районов Нью-Йорка. В объявлении он написал, что согласен выступить в качестве посредника в этом деле. Невероятно, но факт, вскоре он получил письмо с «подписью», а потом ему стал звонить человек, говоривший с сильным акцентом. Затем последовали ночные встречи на кладбище. Спрятавшийся в тени человек сказал, что он «всего лишь посредник», и передал Кондону пижаму ребенка. Несмотря на возражения детективов, страдающий отец согласился выполнить первоначальное требование и заплатить 50 тысяч долларов. В одну из ночей Линдберг наблюдал из автомобиля и слышал, как доктор Кондон передал своему визави деньги и получил от него запечатанный конверт, в котором якобы была информация о местонахождении ребенка. «Мальчик находится на лотке Нелли. Это маленькая лотка 8 метров длинной, два человека на Лотка, он невеновные. Вы найдете лотку между Хорснекс-Бич и Гей-Ход рядом с Элизабет-Айленд». Ликующий Линдберг летал туда и обратно вдоль побережья Коннектикута и Род-Айленда, нетерпеливо высматривая описанное суденышко. После второго мучительного дня, проведенного в воздухе, он понял, что его одурачили. Доктор Кондон опубликовал еще несколько объявлений в газете, спрашивая: «Вы обманули меня?» Но больше не было ни телефонных звонков от людей, говоривших с сильным акцентом, ни писем с «подписью». 12 мая на обочине дороги, в непосредственной близости от особняка на холме Сауэрленд, остановился грузовик. Внимание водителя привлекла неглубокая канава, прикрытая листвой. Ковырнув почву носком ботинка, он обнаружил детскую ручку. Когда Линдберг, бледный и похудевший, увидел покрытое саваном тело в морге Трентона, он попросил откинуть покрывало и молчал, пристально вглядываясь в мальчика. Наконец он промолвил: «Да, это мой ребенок». Вероятно, сын Линдберга был убит ударом по голове и захоронен в ночь похищения. Был ли он преднамеренно убит с помощью стамески? Или же случайно ударился о подоконник, когда обломилась лестница? 

Следы ведут в Бронкс 

В течение нескольких месяцев появление купюр с номерами серий, уплаченных в качестве выкупа, отмечалось в северном Манхэттене и соседнем Бронксе. Некоторые свидетели припомнили человека, напоминавшего описанием ночного собеседника доктора Кондона - «бегающие голубые глаза», «немецкий акцент». Эксперт по дереву установил склад лесоматериалов в Бронксе, где были куплены заготовки для сломанной лестницы. Но на складе не вели реестра продаж. 15 сентября 1934 года служащий бензоколонки, заподозрив неладное, записал номер автомобиля, владелец которого расплатился десятидолларовым «золотым» сертификатом. Эти ценные бумаги были выведены из обращения за год до этого. Этот сертификат был частью выкупа. Определив по номеру владельца, полиция установила наблюдение за домом Бруно Рихарда Гауптмана, плотника из Германии, который проживал в Бронксе вместе с женой Анной и маленьким сыном Манфредом. В конце концов представители федеральных правоохранительных органов совместно с коллегами из Нью-Йорка и Нью-Джерси задержали его прямо в автомобиле. 

 

Заполняя пробелы 

Хотя Гауптман и продолжал отрицать какое бы то ни было участие в деле Линдберга, полицейские почувствовали, что птичка попалась. Линдберг показал, что узнал голос подозреваемого. Он слышал, как тот крикнул: «Эй, доктор! Сюда, доктор!» Доктор Кондон согласился с ним, то же сказал и шофер такси, передававший одну из купюр, входивших в выкуп. Еще 14 590 долларов в этих купюрах было обнаружено в различных тайниках в гараже Гауптмана. По мнению полицейских экспертов, его почерк и плохой английский язык соответствовали особенностям письма автора посланий с «подписью». На стенке шкафа в спальне были записаны телефон и адрес доктора Кондона. На чердаке следователи обнаружили кусок дерева, при микроскопическом исследовании оказавшийся идентичным куску, из которого была сделана сломанная ступенька приставной лестницы. У Гауптмана имелся полный набор инструментов, за исключением стамески. Многие из этих улик, равно как и другие изобличающие факты и свидетельские показания, обнародованные на процессе, были подвергнуты сомнению журналистами. Раздавались обвинения, что некоторые из улик сфабрикованы репортерами или полицией. Каким образом этот иммигрант из Бронкса, действуя в одиночку, мог узнать, что Линдберги изменят свое недельное расписание и 1 марта окажутся на месте? Или как он мог узнать, что окно в детской не закрывается как положено? Хотя Гауптман и был вынужден бежать из родной Германии после совершения ряда краж, ничто в его прошлом даже не намекало на возможность совершения им такого гнусного преступления, как похищение ребенка. Он сопротивлялся любым попыткам склонить себя к признанию. Очевидно, в арсенал этих средств входило и жестокое избиение. Именно этим может быть объяснена предпринятая им попытка самоубийства. 

Непристойное шоу 

Суд, начавшийся 2 января 1935 года в маленьком городке Флемингтон, в штате Нью-Джерси, послужил причиной возникновения километровых дорожных пробок. Тысячи любопытствующих прибыли туда для участия в спектакле. Ежедневно команда из 68 операторов рассылала по телеграфу репортажи с места события, общим объемом около миллиона слов. Энн Линдберг дважды появилась в суде. Давая свидетельские показания, она держалась со спокойным достоинством. Ее муж приходил на заседания каждый день, внимательно наблюдал за происходящим, но никогда не выражал никаких эмоций. Адвокат Гауптмана, Эдвард Дж. Рейли, известный высокомерием и грубостью, не продемонстрировал блестящей защиты. За все время процесса защитник потратил на совещания с клиентом всего 38 минут. 13 февраля, когда за стенами здания суда толпа скандировала: «Смерть Гауптману!», судья согласился с вердиктом, присяжных и незамедлительно вынес смертный приговор. 

Неопределенность до самого конца 

В конце концов Линдберги уверовали в то, что доказательств виновности Гауптмана более чем достаточно. Хотя сначала у них были некоторые сомнения. Тем временем стали раздаваться голоса в защиту Гауптмана. За него вступился даже губернатор Нью-Джерси, полагавший, что его подставили. Осужденный похититель, который никогда не верил, что ему в самом деле придется сесть на электрический стул, потерял в конце концов всякую надежду. Охранники тюрьмы штата Нью-Джерси рассказали, что Гауптман был «уже мертв» за три дня до смерти. Первый электрический разряд пронзил его тело в 20 часов 44 минуты 3 апреля 1936 года. Через три с половиной минуты было официально объявлено, что он мертв.

 

купить настольный футбол, доставка.

великие тайны
дворцовые тайны
тайные общества
интересные истории
интересные факты
мир интересного
факты истории
история века
история мира
секретные материалы
историческое прошлое
прошлого века
история 20 века
история 19 век
интересные факты истории
интересные исторические факты
исторические источники
источниковедение
историография
историческое развитие
исторические этапы развития
исторические типы мировоззрения
история истории
исторические события
история развития
наука история
исторический архив

Rambler's Top100
Яндекс цитирования

 

 

 

 

Дизайн и создатель vladimir, 2007 При копировании ссылка на сайт обязательна.